Отвозил сегодня сына в школу и услышал по радио, что будущий наш президент Д.Медведев сходил в кино с супругой на фильм “Ирония судьбы-2». По окончании фильма Медведев высказался в том духе, что возрождается российский кинематограф бла-бла-бла. Россия встает с колен, короче.

И я подумал, какой жуткий, наверное, кошмар – быть чиновником такого уровня и вообще государственным мужем, которому все заглядывают в рот. Совершенно невозможно сказать что-нибудь человеческое, а непременно нужно нести эдакую благостную околесицу, которую хотят услышать окружающие.
Нельзя просто выйти из кино и обменяться с женой нормальными репликами типа: — А помнишь, как этот ему р-раз! Классно, да? Тебе понравилось, дорогая?
И дорогая тоже ему ответит что-нибудь вменяемое: — Здорово! На следующую часть обязательно пойдем!

Нет, сидят они в темном зале и держат демократичный (поближе к народу!), но маленький (забота о здоровье!) стаканчик с поп-корном, и Медведев говорит своей супруге, перекрывая хохот зрителей: — Слава богу, что наш кинематограф возрождается! И Россию подымем, дай только срок!
А она ему: — Да-да, дорогой, вот в этом эпизоде особенно заметен возрождающийся кинематограф и повышение рождаемости, стало быть и демографические проблемы нам по плечу!
А он: — Как ты ловко это подметила! И свиноводство наше встает с колен, и овцеводство.

Ну не дословно, наверное, но именно так это и выглядит в моем понимании. Это же целый отдельный жанр – вот это лицемерие. Они говорят то, что кто-то якобы хочет услышать, этот «кто-то» делает вид, что верит, а если на самом деле верит, то я могу сказать, что он клинический идиот.

Складывается впечатление, что какие-то слова существуют не только отдельно от людей, их произносящих и слышащих, но и от смысла, который в них вкладывают. Если уж говорить конкретно о кинематографе российском, то «возрождаться» он начал вовсе не с похода Медведева в кинотеатр, а лет эдак пять назад, если не семь. А конкретно «Дозоры» уже начали собирать нечеловеческие бокс-оффисы и бить рекорды. При чем здесь Дмитрий Анатольевич, собственно? А просто ему положено, выйдя откуда-нибудь, брякнуть что-нибудь эдакое – великодержавное. Встать из-за стола и сказать, что возрождается пищевая промышленность. Надеть носки и заявить, что текстильная тоже пошла в гору. Сходить в туалет и завернуть опять что-то судьбоносное.

Ей-богу, незавидная какая-то доля, меня аж слеза пробила)))