Нет у меня каких-то цельных, объединенных одной темой мыслей, поэтому постараюсь поделиться тем, что меня улыбнуло за последние пару часов.

Зарисовка первая.  Роскошь человеческого общения. Утром пришло смс с красноярским префиксом следующего примерно содержания: «Будем с Белым пару дней Москве нада перекантоваться встречай домодедово.» Грамматические ошибки резали глаза свей нарочитостью, «белых» я знаю примерно с десяток, номер незнакомый. В общем я решил проигнорировать. Неизвестный абонент не успокаивался и продолжал посылать «чо молчиш» и «ну ты чо решил». Беспокойный товарищ оказался.

После третьего смс позвонил друг Валька и начал с иезуитским коварством допрашивать меня, не получал ли  я, мол, странных смсок и почему это я не отвечаю на них, и ему, дескать, оборвали уже телефон вопросами про меня.

Короче говоря, запутался в своей лжи он довольно быстро и поплыл после третьего уточняющего вопроса. Разумеется, это был его очередной дурацкий розыгрыш на тему приезда ко мне непрошеннх гостей. Достал ведь мерзавец где-то симку с красноярским номером! А на мое недоумение по поводу абсолютной безграмотности текстов смс и того, что из моих знакомых так писать никто не умеет, Валька ответил, что это был аутентичный «пацанский» жаргон, разработанный им специально для меня))

Тут мы начали проклинать сотовые телефоны и невозможность спрятаться от кого-либо хоть ненадолго и делиться способами разнообразной шифровки от нежелательных зонков.  Валя, например, проделал накануне следующее. Его доставал целый день некий абонент, определяемый записной книжкой как «Придурок» (надо сказать, что у меня в телефоне тоже фигурируют различные «ублюдок», «ублюдок2″, «вонючка» и пр. Трубку в случае опознавания я не беру, разумется). У Вали совершенно вылетело из головы, кто такой, собственно, этот Придурок, а поскольку тот упорствовал в попытках дозвониться, то решил вспомнить. Для этого он купил левую мегафоновскую сим-карту, начал названивать Придурку и женским писклявым голосом спрашивать, куда это он попал. (я живо во всем великолепии представил себе это зрелище: огромный, почти двухметровый Валька с плечами, с трудом проходящими в грузовой лифт, пищащий фальцетом в телефонную трубочку — просто готовый скетч для капустника.) После того, как инкогнито Придурка так и не удалось раскрыть, Валя решил не париться в одиночестве и начать доставать меня смсками. У него был разработан поэтапный план сведения меня с ума, но я своим игнором смешал ему все карты. И кстати, на его коварные планы у меня всегда есть контрпланы, согласно которым я в данный момент нахожусь в Хорватии и в Домодедово приехать не могу)))

Зарисовка вторая. Вера Пална. Это условное имя, вполне возможно, что она никакая не Вера и вовсе не Пална, а наоборот даже, Ирина Григорьевна, но почему-то по ассоциации ее хочется назвать именно так. Уж очень ей идет. Она какая-то вся довоенная, коммунально-кухонная, шустрая, интересующаяся, с вечной сигареткой в углу рта. Ее квартира располагалась прямо под моей, когда я еще жительствовал и домовладел хрущобой в Черемушках.

Из всех украшений и мебели в квартире Веры Палны были только книги. Море книг, монбланы, эвересты книг. Они лежали на кухонном столе, у дивана, на телевизоре и даже в туалете. Я знаю это точно, потому что неоднократно по зову соседки чего-то ей перетаскивал, перекрывал протекающий кран и еще как-то помогал по мелочи. Взамен она мне покровительствовала и шефствовала надо мной, и пока я собирал какую-нибудь полку, любила аденоидным голосом перессказывать свою затейливую биографию. Хорошая старуха была, сейчас уже таких не делают. Ей бы маузер пошел, кожан и вороной жеребец, гарцующий под тощей задницей. Продразверстка, интернационал, ура-ура.

Когда я слегка разбогател, сдавая бутылки, квартира перестала вмещать мои амбиции, поэтому ее пришлось продать задорого. И вот полгода спустя раздается звонок, и я слышу знакомый гнусавый голос! Вера, мать ее, Пална! 

- Здраствуй, дорогой, как дела, бла-бла-бла.

- Хорошо дела.

- А ты здесь больше не живешь, не бываешь, продал?

- Да.

- А у тебя нет данных покупателей, кто, где, когда?

- Нет. Все данные в агентстве, они их не разглашают.

- Ах, какой ужас, как нам быть, за что боролись…

- ???

- Они привезли рабочих-штукатуров-скотобоев, те включили горячую воду и ушли на выходные. Вода была перекрыта, а теперь ее снова дали, хлещет вторые сутки, заливает, а дверь железная, телефона никто не знает, а у меня книги…………..

Господи, боже ты мой! Ну конечно мне было ужасно жаль. И конечно я бы предпринял, посодействовал, помог, прибежал, примчался и спас. Но какое же нечеловеческое облегчение я испытал от того, что ровным счетом ничегошеньки не могу сделать, и квартира мне не принадлежит, и я не имею к ним никакого отношения! Ни-че-го и ни-ка-ко-го! Не знаю, возможно, что я плохой человек и нанес тогда непоправимый вред своей карме, но почему-то сейчас я опять вспомнил то поразительное чувство, столь непривычную для меня безответственность, фатальность, непоправимость происходящего и возможность с полным основанием ответить »нет» на просьбу о помощи. Многие ли из вас могут похвастать этим?)